Прислушайся к себе. Какая музыка звучит у тебя внутри? В бесконечности бессчётных вселенных мы все — разрозненные ноты и, лишь когда вместе, — мелодии. Удивительные. Разные. О чём твоя песнь? О чём бы ты хотел рассказать в ней? Если пожелаешь, здесь ты можешь сыграть всё, о чём тебе когда-либо мечталось, во снах или наяву, — а мы дадим тебе струны.

crossroyale

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » crossroyale » партнёрство » Manhattan


Manhattan

Сообщений 121 страница 124 из 124

1

ГОСТЕВАЯ КНИГА  ×  НАЙДИ МЕНЯ

https://66.media.tumblr.com/1a3bd49f2d8c69a0fe55d63031428220/tumblr_odalnv5MX61spd9kco2_500.gif
Манхэттен.
Остров грез и несбывшихся надежд, где в калейдоскопе страстей и растворяешься без остатка. Манхэттен – хамелеон. Широкая и открытая улыбка на его лице легко сменяется презрительной гримасой. Манхэттен безмятежен, как гладь пруда в жаркий полдень, и смертельно опасен, как ночная гроза в буйствующей стихии моря. Размашисто щедр и болезненно скуп. Готов облагодетельствовать тебя, но в тоже мгновение способен и разорить без минуты колебания. Он столь разнообразен, что понимаешь – здесь есть угол и для тебя. Манхэттен - последний, решающий, окончательный остров мечты. И он всегда готов принять новых жителей.

Сюжет  ×  Занятые внешности  ×  Нужные персонажи 

0

121


http://i71.fastpic.ru/big/2015/0603/5b/ecd39ca651c71c2edf9fe52d5c41165b.png


Вы готовы снова испытать свою память и эрудицию? Повстречаться со своими любимыми героями и, может быть, узнать что-то новое? Но, самое главное, хорошенько повеселиться?

0

122

З А Я В К А   О Т   М А Р С Е Л Я

https://i105.fastpic.ru/big/2018/0723/b3/7ba97c8b368015874bd8ff76d4113ab3.png

Имя персонажа: На Ваш выбор
Возраст: 25-30
Внешность: James Mcavoy ONLY
Род деятельности: медбрат


Описание персонажа

Ты – мое сердце из чистого золота (с).
Мой персонаж – крайне, крайне проблемная личность со сложной судьбой и не менее сложным характером, вынести который большинству людей нелегко. Именно поэтому обычно он и остается у разбитого корыта, остро ощущая пришедшую жизненную черту. Вот и на этот раз, не оправившись от серьезной болезни, он смиренно дожидается рецидива, который и укладывает его на больничную койку в чужом городе, где нет семьи, друзей и будущего. Там он и встречает твоего персонажа – молодого медбрата с голубыми глазами и мягкой улыбкой.
Я вижу этого персонажа очень добрым, мягким, терпеливым. Он всегда знал, чем хочет заниматься и долго учился, чтобы прийти к своей цели; ему нравится работа в клинике, он общителен и приветлив, но при этом не теряет самообладания в сложных ситуациях. Он – не пуська, не трепетная няша, он – цельная, состоявшаяся личность, которая умеет трудиться и добиваться вопреки чертам своего характера и некоторым слабостям того, чего хочет. Он умный, начитанный, лучистый. К неприятностям относится с виду легко, хотя в душе довольно чувствителен. Его сложно разозлить или по-настоящему огорчить, он легко видит людей насквозь и старается держать дистанцию с окружающими, считая, что «миссия его жизни» (служение людям, работа в больнице) заслуживает каждой свободной минуты его времени. Но с друзьями все же легок на подъем, любит хорошую музыку, не пьет, не курит, плохие слова употребляет очень редко.
Не имел серьезных, долгосрочных отношений. Хочет помогать всем и каждому, и потому легко ловится на крючок моего проблемного персонажа, проникаясь к нему теплотой, доверяясь.
Их отношения я вижу сплавом нежности и безысходности, набором кровавых ран на душе и теле, тихой песней летней ночью, сладким соком персика, стекающим по рукам и перемешивающимся со слезами. Это будет ласково, жестко, честно, навзрыд. Они встретятся в очень странный период жизни, а там.. кто знает?


Ваш пост

пост

Втайне от своей семьи и родителей, Марсель провел в частной клинике Парижа около двух недель. Результаты обследований стали известны ему еще на первой неделе, но решение не приходило еще какое-то время; доктора предлагали уже испытанные на других виды терапии, а так же экспериментальное лечение, но и то, и другое таило в себе слишком много тоски и неизвестности, так что, едва он сумел встать на ноги, как побежал. Побежал прочь от этого места, чтобы не закончить свои дни преждевременно, упеченным в Шато де Гарш. Одна лишь мысль о последствиях лечения сводила его с ума: точно так же его мучила необходимость признаться во всем близким и друзьям. Нет, это слишком. Они не переживут. Не простят. Не позволят ему сбежать от страха, они, привязав его к кровати, сделают это насильно. Распяв на жестком матрасе больничной койки, они подпишут ему приговор, прижгут чело клеймом, окончательно позволив болезни прогрессировать и стать прошенной гостьей в его теле. Нет. Он любил свою мать, еще более крепкой любовью был привязан к детям, но не готов был открыть им правду. Признать проблему означало позволить ей взять верх. Официально, как по контракту. Много чести. Мало времени.
Приехав в Лимож, желая залечь на дно, он попал на праздник жизни, к которому не был готов. Семейные тайны поглотили его и без того ослабленный организм, и еще неделю Марсель провалялся в своей старой постели, на кровати, где спал еще ребенком. В его комнате мало что изменилось с тех пор, как он в последний раз сидел на деревянном лакированном полу, выстукивая слова на клавиатуре ноутбука, как пил газировку, чуть пролив там, у окна, как мечтал о чем-то, что сейчас казалось смешным. Детскими мечтами была пропитана подушка, к которой его голова не прикасалась уже так много лет. Он уснул замертво, напичкав себя таблетками: белыми, голубоватыми, оранжевыми; маленькими, капсулами, большими и круглыми, похожими на жевательную резинку, которая продается в небольших автоматах в каждом супермаркете.
- Ты выглядишь изможденным. - присев на его постель и потрогав горячий, покрытый испариной лоб, произнесла Мелани. Ее глаза цвета горячего шоколада смотрели внимательно, но спокойно.
- Много работы. Простудился. - ответил Марсель, приоткрыв один глаз. Голубой, как у дедушки.
- Отдыхай. В холодильнике индейка с салатом, если проголодаешься. - женщина окинула взглядом свернувшегося под одеялом сына.
- Рене уехал? - с некоторых пор он не мог называть отца отцом.
- Да, пару часов назад. Он хотел попрощаться, но ты спал.
- Не больно уж и хотел. А эти?..
- Они тоже уехали.
Потрясения родительского прошлого и насущного настоящего раздражали Марселя. Почему судьба позволила ему тридцать лет жить спокойно, а затем нежданно-негаданно обрушила все и сразу?
Когда Мелани ушла, он выпрямился на кровати. Губы казались вырезанными из пергамента для табака, они склеивались, стоило шершавому языку пройтись кончиком по сухой коже. Глаза жгло, в носу чесалось. Он не был способен даже надеть очки, а потому предметы в спальне виделись расплывчатыми, их обманчивые очертания приводили Марселя в растерянность. Быть может, он ослепнет раньше, чем сойдет с ума. Темными ночами в голову приходили темные мысли, и он задыхался от ужаса, щипая себя за руки, чтобы вернуться в реальность. Если это сон - пусть он уйдет, пусть останется во вчерашнем дне, в прошлой жизни, в другой галактике. Но ужас не уходил даже с рассветом. И он задыхался, спускаясь голыми ступнями по деревянным ступеням дома матери. Нужно было уехать. Иначе она заподозрит неладное.
Казалось, искрящийся воздух Парижа пошел ему на пользу. Новые таблетки вперемешку с наркотиками и сексом со смазливыми любовниками пошли Коти на пользу. Вкус алкоголя прогонял кошмары, даря часы беспросветной темноты, забытья, из которого не хотелось выныривать, как из прохладного бассейна в самый разгар лета. Но долго так продолжаться не могло: осознавая, что песок из часов вытекает, Марселю хотелось заняться тем, на что он так и не решился в своей жизни. И, вернувшись в Нью-Йорк, он устроился работать в ресторан.
- Что это ты вытворяешь?! - если бы Дуглас Лэмб умел шипеть, как змея, он бы уже делал это. Но Дуглас Лэмб был крепкого сложения мужчиной, а потому его голос бил по вискам, как молот Тора. Коти даже прищурил один глаз, как нашкодивший мальчишка, не боясь наказания, но осознавая, что оно неизбежно.
- Ты не должен был бежать за ним! Ты не имел права оставлять кухню! - продолжал Дуглас, в дружбе хороший человек, но в рабочих моментах - тиран и сатрап.
- Я вышел покурить и увидел, как он сбежал. Охранники этого даже не заметили. - ответил Коти невозмутимо и без вызова. После пробежки и пары сигарет, у него не было сил спорить, к горлу подступал кислый вкус тошноты, и ему хотелось поскорее скрыться в подсобке, чтобы наглотаться привычных таблеток.
- Иди разберись с ним! А потом мы с тобой договорим. - велел шеф-повар, и Коти, кивнув, устремился туда, где заперли не заплатившего бедолагу.
Прижавшись спиной к полке с овощами, Марсель наблюдал за мужчиной, на чьем лице застыла кровь и гримаса отчаяния. Он ждал, пока тот заметит его - и дождался, как он и думал, просьб простить его, понять и не осуждать. Он говорил о смерти так легко, как Коти - о выпивке. Так легко, как говорят о цене на капусту на рынке. Так просто, как о чем-то будничном, о рассвете или закате, который придет неминуемо. Так и будет, но для этого мужчины не скоро - линзы помогали Коти видеть его четко, и увиденное представляло из себя человека примерно его возраста, растерянного и отчаявшегося, но без видных отпечатков конца. Ему не о чем было переживать, но взгляд так и метался, пальцы так и путались в темных кудрях непослушных волос.
Медленно, как во сне, Марсель взял с разделочного стола бумажные полотенца и протянул их нарушителю:
- Умойся и вытри лицо, ты хорошенько приложился об асфальт.
Можно было бы вызвать копов, отдать его им, вынудив выплатить штраф или заперев на трое суток за решетку вместе с хулиганами и проститутками, но подобные действия не были политикой ресторана. Чем меньше шумихи, тем лучше - никому не нужны были неприятности, а потому в таких случаях обычно расходились полюбовно.
- Никто не станет толкать тебя на плаху. Перемоешь посуду - и часа в три ночи будешь свободен. Но, ты уж извини, все эти часы тебе придется провести в компании со мной. Вдруг ты вновь попытаешься сбежать. - Марсель хмыкнул и достал из кармана брюк небольшой оранжевый пузырек с таблетками. Достав три штуки, он проглотил их, запив водой. Впереди была долгая ночь, а глаза неудачливого бегуна глядели насквозь так печально. В любой другой ситуации незнакомец показался бы ему отличным объектом для флирта и последующего секса на одну ночь, но сейчас не было сил даже думать об этом - тошнота подступала, и он открыл дверь, ведущую в подворотню, куда обычно он выходил покурить. Свежий ночной воздух ударил в лицо, и он с жадностью вдохнул. Быть может, пробежка была не очень хорошим вариантом продолжить рабочий вечер, но инстинкты не позволили Коти стоять и смирно наблюдать.
- У тебя что, совсем нет денег? - спросил он кудрявого, держась пальцами за раму дверей, пока в окнах соседнего дома загорался свет. - Вкусно поесть можно было и в более дешевом месте. Или тебе нужно было не это? Верно, ты не за едой сюда пришел.
Он знал таких людей. Он сам был точно таким. Звоня в 911, бродя по краю подоконника, он просил приехать и спасти его. Или рассказать сказку. Ну хоть что-нибудь, чтобы избавиться от причин встречаться лицом с асфальтом.
- Тебе нужно было, чтобы тебя поймали. Я ведь прав? - Коти повернулся, прильнув поясницей к раме. - Фартук можешь взять с того стула. Лучше сними пиджак.


Личные требования к игроку
От соигрока мне хотелось бы средней активности (сам не выплескиваюсь в день десятком постов, довольно много работаю, так что вполне пойму реаловую загруженность), постов от 3,5к знаков (можно больше, меньше – если решим играть спидпостингом), инициативности в продумывании сюжетов, самостоятельности в продумывании деталей персонажа. Посты я привык писать ярко и красочно, от первого, либо от третьего лица, используя минимум ненужной воды и погружая во внутренний мир персонажа. Этого же жду от своего соигрока. В свою очередь, поддержу во всех начинаниях, выслушаю идеи и пожелания, иду на уступки. Единственное, что для меня является в этой заявке обязательным – это внешность, а именно Джеймс Макэвой. Молодой Джеймс Макэвой, раз на то пошло (смотрите «Искупление»).


Связь с вами
гостевая

0

123


http://s3.uploads.ru/HTfP6.png

http://s8.uploads.ru/bJpU3.png

Вместе с откровенностью, большую часть жизни Хэйвуда остававшейся непозволительной, не роскошью даже, а каким-то табу, сейчас его накрывало с головой понимание – никому и ничего не надо доказывать, и изображать из себя невесть кого тоже не надо. Потому что Джиневра, абсолютно внезапно и до сих пор недоступно для Флинна, хотела его самого. Всё прошлое, своё или чужое, не играло никакой роли, а желание исключительно производить впечатление оставалось за дверью этого небольшого домика, едва-едва просочившись на подоконник букетом цветов и упакованными в бумажный пакет яблоками и печеньем. Не требовалось прыгать выше головы и будто бы смотреть на самого себя со стороны; отпадало всякое желание контролировать собственные действия и желания. Если бы… Всего несколько минут назад, или полчаса, или в то время, когда он вообще мог цепляться за пока ещё связные мысли, Хэйвуд думал о давно минувшем дне первого слушания,  прерванном не личным выбором, а  набором обстоятельств, против которых он не сумел выстоять. Однако чувствуя на своём лице тёплое дыхание мелкой, отвечая на каждое из прикосновений, Флинн выбирался из поля упущенных возможностей, чтобы полностью погрузиться в возможности реализованные. Насколько бы банально это ни звучало, собирая целый букет из высказываний и цитат, надёрганных у известных личностей или придуманных самостоятельно. В любом случае, вместо целой корзины, заполненной скомканными планами, написанными Хэйвудом на призрачное будущее, он выбрал один единственный верный вариант, становящийся прецедентом, к которому следовало обращаться вместо бессильных и пустых «если бы».
читать продолжение: «Sorry, I need time»

Дорогой мой человек, я поздравляю тебя с постом недели. Джин и Флинн – пара, у которой всё будет, пусть и через 546 постов, и обязательно логично. Им ещё через многое предстоит пройти, но сделать это предстоит не порознь, а, наконец-то, вместе. Здесь и сейчас они счастливы, и тебе прекрасно удаётся дать прочувствовать это счастье, тёплое, яркое и очень нужное им обоим. Я редко читаю посты Флинна один раз, обычно перечитывая их по нескольку, а потом возвращаясь к ним ещё, чтобы снова ощутить эту лёгкость, эту радость и эту надёжность, которыми они пропитаны от и до. И откликом именно на посты Флинна чаще всего бывают спонтанные, незапланированные реакции, когда ответ получается совсем не такой, какой представлялся, а более откровенный и открытый. Это, конечно, парадокс, но так оно и есть.
Ты талантливый и многогранный игрок. Твои персонажи отзываются, откликаются на малейшее действие, и это прекрасно. Я очень люблю с тобой играть, и очень рада, что ты у меня есть. Сколько ещё не отыгранных событий ожидают своего часа, сколько персонажей с уже прописанными историями терпеливо мнутся в сторонке. Как иногда приходится жалеть, что нет дополнительных часов в сутках, чтобы поддерживать быстрый темп игры, но так или иначе, мы обязательно закончим всё, что начали, а заодно, придумаем новое.
Здесь, конечно, не обошлось без Стаса Михайлова, саундтрэком играющего на заднем фоне. Он затягивает своё: «Всё для тебя», - а я теперь буду искать постер с ним, чтобы было и чтобы было не напрасно.
Мне бы хотелось сказать тебе гораздо больше, но вместить это всё разом не получится. Так много слов, а они все не выражают и сотой доли той радости, которую ты приносишь мне ежедневно. Спасибо, что ты есть у меня. Спасибо, что поддерживаешь любую идею и развиваешь любую историю, добавляя к ней таких деталей, на которых меня никогда бы не хватило. Ты давно для меня не просто соигрок, а близкий друг. И я очень рада, что ты есть у меня, что ты пишешь для меня, и пишешь так, что захватывает дух, и хочется перечитывать снова и снова.
   
(с) Джиневра

https://66.media.tumblr.com/4503d7e6cfca3cf942d150e14e1d4500/tumblr_octdw9l2iT1us77qko1_1280.png

http://sf.uploads.ru/1oaGt.png
Вероника

http://s3.uploads.ru/SEDKN.png
Макс

http://se.uploads.ru/OnP8S.png
Дарья

http://s9.uploads.ru/OwxCK.png
Элеонор

http://s5.uploads.ru/R9qg3.png
Нина

http://se.uploads.ru/bzNsL.png

Но подержав в руках тяжелые вещи, пощупав и развернув их, в конечном итоге решившись накинуть шубейку на плечи, девушка оказалась буквально поражена не только тяжестью северной одежды, но и ее теплом. На деле это оказалась не просто куртка, а меховая шуба, отчего-то сшитая так, что мягкий лоснящийся мех оказался внутри, а сверху же была пропитанная каким-то составом кожа, наверняка тем самым защищенная от пронизывающего ветра. Штаны были сшиты по тому же принципу, а натянув их вниз под юбку, Радея сразу почувствовала себя располневшей мамашей как минимум шестерых, а то и восьмерых спиногрызов. Даже походка ее изменилась, заставляя по магазину передвигаться вразвалочку, то и дело подтягивая сползающие без ремня штаны и спотыкаться о метущие по полу манжеты, которые пришлось заправить в странного вида обувь до колена, тоже будто сотканную из мокрой шерсти и меха, ноги в которой не сгибались совершенно, потому Радея утомившись примеркой встала посреди зала не в состоянии даже руки на груди сложить, показывая все свое неудовольствие подобными издевательствами. Порадовал ее разве что только платок, пушистый, невесомый, из шерсти сотканный кружевным узором,  варежки ему под стать, да плащ с меховым воротником, не столь красивый, каким был плащ у мага, но тоже ничего, правда длинноват для низкорослой девушки, ну да этот изъян поправить было не долго.
«Все, что нас не убивает, делает большую ошибку» Медея/Радея

И Рокки Мун идёт за своим Богом, внимательно изучая место, куда они невольно попали. Провидение? Маловероятно. Злой рок – не иначе. Каждый раз когда они хотят стать незаметными и перевести дух, судьба как бы говорит: «Хуй вам, ребята! Развлекайтесь!»
Но это уже не смешно, честное слово. Они в реальной опасности, и вряд ли Энджел знает, как найти из неё выход, хотя и является головой их маленькой семьи. Семья… Лоутон – родственник рыжего, но Рокки верил в родственные связи ещё меньше, чем в Бога.
Лоутон оказался именно таким, каким Рокс его представлял – скользким, благоухающим, омерзительным. От него ничего хорошего ждать не приходилось, но бежать было поздно. Ангел говорил бесцветным голосом, говорил вежливо, но как-то отчуждённо непривычно, и Мун глянул на любовника.
Смерть матери явно ранила его, но предаваться горестным размышлениям было не место. Возможно, позже рыжий захочет об этом поговорить, но, скорее всего, нет. Громила, которого называли Давидом, вышел, послушный приказу, и Мун едва сдержал глумливую ухмылочку. Нет, потом. Всё потом.
Сейчас он не в том положении, чтобы выёбываться. Мун сжал пальцы любовника в ответ, безмолвно передавая ему поддержку, и остался с Лоутоном один на один.

«Everything that rises must converge» Рокки

У нее были подруги.
Были - именно это слово сейчас хлестким ударом тонкости туго сплетенных ремешков плётки нанесло почти физическую боль. Ривер поморщилась и убрала непослушную рыжую кудряшку от щеки, которая горела фантомной болью хлесткого, оставившего глубокий, кровоточащий порез, удара реальности.
Сама рыжая, пусть и не обзавелась за жизнь толпой лучших друзей, все же не стремилась скрывать от собеседников что-то из своей жизни. Наоборот, она слишком подробно и слишком много рассказывала о себе и своих приключениях, порой даже малознакомым людям, путая порой откровенность с совсем уж излишней навязчивостью, но ничего плохого она никогда не имела в виду.
Она всегда рассказывала все, что с ней происходило, пусть приукрашивая или привирая, но в рыжей голове это было равносильно правде, но никогда, никогда не скрывала ничего от тех, с кем общалась больше пары раз. Кажется, даже Шону она успела рассказать про то, как ее звали на свидание и то, что на свидании она страшно кашляла, чем сделала то свидание последним.
А он просто забыл сказать о том, что у него когда-то была бывшая невеста. И, главное, о том, что он решил временно с ней возобновить отношения, чтобы подумать, а не сделать ли ее снова нынешней невестой, а девчонку, еще даже не закончившую учиться в университете, оставить в одиночестве искать свое счастье на просторах целого мира, ведь она-то, непременно, справится.

«I need you like a heart needs a beat» Ривер

Собравшиеся умолкли в предвкушении. Он всегда производил фурор, насколько бы безобидна ни была тема его докладов - все знали, что получат зрелище, и Михаэль добивался того, чтобы вновь встряхнуть эти разжиревшие умы человечества, чтобы заставить задуматься, как бы они ни воспринимали его. С позитивом или негативом - все одно, никто не останется равнодушным, насколько бы им того ни хотелось. К его недолгим годам, у Штернберга уже набиралось порядком недругов, скептиков и просто несогласных, далеких от подобных материй, но сколько же им в противовес находилось последователей... Его идеи были резкими и жесткими, он неустанно твердил о грядущих катастрофах, о бездействии научного круга, политиков и каждого из присутствующих, доктор жарко придерживался своей нерушимой позиции, не просто провоцируя, но подкрепляя каждый тезис результатами точных исследований, данными, доступ к которым ему щедро открывала Корпорация и которые шокировали жаждущую острых эмоций публику. Он высмеивал эпоху потребления, мелочность и единоличность, он говорил о личных правах и свободах, что губили человечество скорее, нежели самые вирулентные инфекции - все их проблемы происходили от неверного взгляда на происходящее. Чего добивался он?.. Они должны были быть готовы, когда придет время. Каждый из них, весь мир - никто не останется безучастным. И только сильные способны будут выжить в неизбежном Апокалипсисе.
«Если я сказала, что не брала, значит не отдам!» Михаэль

Выпивка, ха.
Кто бы сомневался?
Любопытно взглянуть, каковы вкусы у этого проклятого дома – теперь, когда здесь есть Нэйтан, все ящики полны, все блага этого серого мира одному ему. На какую-то долю мгновения Нелл испытывает настоящую черную зависть, и это мгновение опьяняет её похлеще алкогольного напитка – она вдруг чувствует себя живой. По-настоящему, и не благодаря кому-то или чему-то, а потому что к ней возвращается нечто совсем личное, интимное, часть Нелл, принадлежащая ей и только ей. У каждой женщины есть вещи, которые она предпочитает держать в тайне.
Кстати, о вещах.
- Я тоже на это надеюсь.
Нелл усмехается и отводит взгляд. Не страшно, если Нэйту станет неловко, пока он переодевается перед незнакомкой, - страшно, что в каждой реакции Нелл, каждом жесте, да  и взгляде – тоже каждом – всем этим она выдаёт себя. Это нехорошо, это не по правилам.
Это недовольство дома.
Это большое черное существо, ворвавшееся в комнату с ошеломительной скоростью и превратившее когда-то крепкое стекло в беспорядочную груду осколков. Нэйтан мечется по спальне, пытаясь совладать с крылатой тварью, а Нелл сидит в оцепенении, скованная ужасом. Не вид летучей мыши пугает её – никогда не боялась их – а то, что он собой являет теперь. Нелл видит в этом знак, предупреждение.

«s a l v a t i o n» Дарья/Нелл

http://s7.uploads.ru/o7kgF.png

nevermind

Лучшая игра недели

- А вы значит из числа тех, кто уважает личное пространство других людей, - мой взгляд сбегает по мужской фигуре вниз до самой подошвы его ботинок и буквально в миллиметрах от мысков тех мысленно рисует белую жирную линию. - И оказались здесь совершенно случайно. – Я отступаю к кирпичной кладке, что находится на одном уровне с моей талией и тушу наполовину выкуренную сигарету об отсыревший камень. Говорю с ним сквозь сцепленные зубы, потому не имею ни привычки доверять вот таким вот «союзникам».
- Что? – Не сразу понимаю я. И мне не удается скрыть свое удивление и проявившийся интерес, он так ловко цепляет меня на свой крючок, что я смотрю в указанном направлении. Именно направление моего взгляда выдает во мне человека, который отнесся к сказанному с недоверием.  Качаю головой. – Это не мой метод. Я не бегу. В моих словах ни грамма вранья, я о многом не договариваю и извращаю факты, но все, что касается моих привычек, никогда. Особенно если мне нужно предстать перед человеком женщиной с несгибаемой волей. Я снова думаю о своем покойном муже, потому что именно он научил меня не бежать, даже когда у меня не оставалось другого выхода. При мысли о Станиславе подступают слезы, и я поспешно сглатываю их. Нельзя отвлекаться: слишком многое сегодня поставлено на карту. Украдкой смотрю на своего собеседника: только бы не догадался, что у меня нервы на пределе. При словах об убийце, я слегка подаюсь вперед. Его вульгарная манера, с которой он это произнес свои слова, выбила из легких весь имеющийся в них воздух.

Вероника

Вот только холодные кончики пальцев совсем не изо льда - живые, еле заметно подрагивающие на матовом корпусе протянутой зажигалки, они уже готовы к новым подвигам выдержки. Но я не хочу проверять, насколько ровно выстоит лепесток пламени, а потому забираю zippo, чтобы прикурить со своих ладоней. Щелчок. Жадный никотиновый вдох до стянутых щёк, к губам припечатывая указательный и средний: я слишком давно отказывал себе в этом удовольствии, чтобы быстро вынырнуть из горьковатого осязания по гортани, и всё же успеваю задрать брови на реплику, пущенную в столь интимный момент...
- Вовсе нет - я куда хуже этих гиен, - струйкой дыма в сторону, тут же расплескивая обаяние в почти совестливой улыбке, - Ведь пока они топчутся по ту сторону Вашей зоны комфорта, я беспощадно терзаю её своим присутствием...
   Удивительное дело, но у меня физически не получалось лгать тёмной зелени тревожного взгляда. Там бились стёкла, там цепи рвали измученные взаперти демоны. И исключительно в знак их уважения, приходилось дополнять реплику почти чистосердечным, - Но самое ужасное - делаю это совершенно умышленно...
   Прекрасный выбор, Леман! Ещё немного, и перейдем на душещипательное "я, конечно, тварь-репортёр, но не хотите ли доверить мне все свои страдания? Да-да, прямо в эту камеру..." Вот только миссис фон Хорст не бежит.

Макс

0

124

http://s3.uploads.ru/tFf5H.png

Говорят, если хорошенько растрясти небольшой, но очень уютный остров, можно вызвать цунами позитива в сотню баллов. Так давайте трясти! О да, с вами "Меломанх" во всей красе, и мы начинаем первый выпуск нашего сейсмически опасного шоу! И пока Манхэттен тонет в трогательном похрюкивании от слова "сейсмически", переходим к рогам быка, которого непременно надо за что-то хватать...
Сегодня большой день, мои дорогие слушатели - практически первое наше свидание, а это значит, что конфетно-букетный период прямо сейчас накатит из ваших динамиков. Правда, без конфет и букетов, но зато со сладкими приветами и охапками музыкальных подборок, что, согласитесь, не растает и не завянет. Так, во всяком случае, нас убеждал еврей-директор, подписавший смету этого шоу. Но долой скучные подробности, пора уже выставить громкость на максимум - мы начинаем!

0


Вы здесь » crossroyale » партнёрство » Manhattan


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC